Весной 2026 года Дагестан оказался в центре новостной повестки: кадры затопленных домов, разрушенных дорог и эвакуации жителей быстро разошлись по федеральным СМИ. В какой-то момент возникло ощущение, что речь идет о масштабном кризисе, способном дестабилизировать экономическую ситуацию региона. Но так ли это на самом деле? Насколько сильным оказался удар, и где проходит граница между картиной в СМИ и фактической ситуацией? Своим мнением поделился Мурад Алискеров – предприниматель, общественный и научный деятель, финансист и эксперт по исламскому банкингу.
Стихия нанесла ощутимый ущерб. Были повреждены около 8 тыс. домов, пострадали более 9 тыс. человек по последним данным. Размыты дороги и мосты, в ряде населенных пунктов отключилось электричество. Серьезный удар пришелся по сельскому хозяйству: погиб скот, были повреждены системы орошения.
Однако финансист Мурад Алискеров считает, что влияние наводнения на экономику региона не стоит переоценивать: «В СМИ может складываться ощущение, что пострадал весь Дагестан, но это не так. Да, в ряде территорий – в Махачкале, Хасавюрте, Каспийске, Буйнакске, а также Хасавюртовском, Дербентском, Карабудахкентском, Бабаюртовском и других районах ущерб оказался наиболее ощутимым. Но к восстановительным работам подключились и государственные службы, и бизнес, и благотворительные фонды, и население. Ситуацию удалось стабилизировать».
Сейчас в регионе продолжается оценка ущерба, параллельно начались восстановительные работы. Власти и профильные службы уже перешли от экстренного реагирования к плановой работе: расчищены подтопленные территории, восстановлено электроснабжение, ремонтируются дороги и мосты. По словам бывшего главы Республики Дагестан Сергея Меликова, основные усилия направлены на оказание помощи гражданам, пострадавшим от стихии. На эти нужды из республиканского бюджета выделено 400 млн рублей, и сформирован резерв для дальнейшего финансирования. За счет них на сегодняшний день осуществлены выплаты на сумму более 350 млн рублей по заявлениям почти 8 тыс. граждан.
Отдельный блок работ связан с тем, чтобы снизить риск повторных паводков. Власти планируют инженерные работы: расчистку и углубление русел рек в уязвимых участках, укрепление берегов с помощью дамб и водооградительных валов, реконструкцию водопропускных сооружений на дорогах и мостах.
В городах, где подтопления происходят регулярно, начата модернизация ливневой канализации и дренажных систем, чтобы вода быстрее уходила с улиц и не накапливалась в жилых зонах.
Для отдельных сельских территорий рассматриваются меры точечной защиты – от укрепления берегов до переноса объектов из зон риска. Фактически перестраивается система водной защиты, чтобы снизить уязвимость территорий к сезонным и экстремальным осадкам.
«Однако есть системные вещи, которые оказывают гораздо более серьезное влияние на экономическую ситуацию в Дагестане, чем наводнение, – считает Мурад Алискеров. – Например, хаотичная застройка, которая во многом и приводит к подобным ситуациям: отсутствуют проезды для экстренных служб, а русла, по которым дождевая вода раньше уходила в море, оказываются засыпаны.
На этом фоне последствия наводнений выглядят скорее как локальный удар, чем как фактор, способный кардинально изменить экономику Республики Дагестан. Вместе с тем региону необходимо не только устранять последствия, но и снижать риски подобных стихийных бедствий.
